Эти качества системы пригодились и конструктору танков, когда он проводил в памяти машины испытания новых гусеничных моделей. Теперь он мог проверить почти с предельной точностью не только поведение танка в бою, но и взаимодействие боевой машины и ее экипажа, узнать, как будут в ней чувствовать себя люди при максимальных перегрузках.

Однако появились и особые, связанные с усложнением программы, затруднения.

Однажды закончили мы испытание очередной модели и дали "ЭММЕ" команду стереть из памяти ход испытаний, подготовиться к другой операции. Затем я ввел задачу по баллистике и дал команду решить ее. Число возможных вариантов ограничил пятью.

"ЭММА" выдала четырнадцать вариантов решения. Я насторожился, задействовал проверочный код и убедился, что система неисправна. Стали мы с операторами искать причину сбоя. Проверили машину за машиной - все они оказались в полном порядке. Проверили центральные операторы, механизмы считывания - никаких аномалий. Я решил временно выключить всю систему и проверить индикаторами соединения блоков памяти. И тут на табло основных индикаторов я заметил непорядок. Индикаторы, которые должны были погаснуть, периодически вспыхивали, будто светлячок чертил огненное кольцо. Это в сложной системе из тысячи блоков, какой являлась "ЭММА", остался от одной из прежних операций неподконтрольный нам отряд свободных электронов, совершающий бесконечный цикл. Метался он, как в мышеловке, возбуждал ячейки памяти, вызывал индукцию в соседних ячейках. Вот этот зациклившийся импульс и оказался виновником сбоя.

Стал я проверять и ту часть "ЭММЫ", где хранились сведения по медицине. Обнаружил и там зациклившиеся импульсы. Более того, нашел путь, по которому они попадали из этой части системы в ту, где хранились информационные модели танков. Может быть, надо искать дефекты в самой системе "ЭММЫ"?